АНТРОПОЛОГИЯ РЕМЕСЕЛ: ПОДЛИННОСТЬ И ЛОКАЛЬНОСТЬ В РЕЖИМЕ (ПЕРЕ)СБОРКИ
Радченко Дарья Александровна
канд. культурологии, старший научный сотрудник Лаборатории теоретической фольклористики
Школа актуальных гуманитарных исследований в составе Института общественных наук Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ
Петров Никита Викторович
канд. филол. наук, руководитель Лаборатории теоретической фольклористики
Школа актуальных гуманитарных исследований в составе Института общественных наук Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ
В рамках секции мы предлагаем обсудить, как исследования ремесла и народных художественных промыслов (в том числе не вписывающиеся в классическую категорию «НХП» креативные индустрии), превращающихся в туристический и экономический ресурс региона, трансформируют теоретические представления о ключевых антропологических понятиях – локальности, наследии и подлинности. В фокусе оказываются не только материальные объекты и практики, но и то, что мы называем «инфраструктурами показа»: музеи и выставочные пространства, туристические маршруты, ярмарки, фестивали и «креативные кластеры», а также режимы знания, с помощью которых они описываются и легитимируются (Kirshenblatt-Gimblett 1998; Harvey 2001). Именно на стыке этнографии ремесленной повседневности, исследований туризма и музейной антропологии можно увидеть, как пересобирается дисциплинарный язык описания «традиции» и «места» (MacCannell 1976; Comaroff, Comaroff 2009).
Ремесло и промыслы мы предлагаем рассматривать как гибриды труда, искусства и экономической деятельности, одновременно укорененные в локальных историях и встроенные в глобальные цепочки вещей, образов и брендов (Appadurai 1986; Ingold 2013). Туризм, ориентированный на атмосферу аутентичности и «уникальный локальный опыт», стимулирует разработку специальных форм показа или демонстрации ремесла: демонстрационных мастерских, интерактивных музеев, «живых экспозиций», в которых границы между производством и показом, работой и перформансом становятся проницаемыми (Urry, Larsen 2011). Музеи, со своей стороны, активно ищут в промыслах то, что может быть музеефицировано: устойчивые формы, знаки «локального стиля», нарративы происхождения и утраты, соответствующие режимам наследия и требованиям грантовых и туристических программ (Smith 2006). В этом смысле мы хотим антропологически осмыслить и историю музеефикации промыслов, которую можно рассматривать как форму проектирования будущего территории и ее включения в конкурентный рынок впечатлений.
Мы приглашаем исследователей разных дисциплин обсудить, как в этих практиках распределяются агентности между исследователями, экспертами, мастерами, чиновниками, предпринимателями и туристами и каким образом выстраиваются иерархии знания и вкуса. Нас интересуют, с одной стороны, стратегии институционализации ремесел через статусы «объектов нематериального культурного наследия», «брендов территорий» и «локальных креативных индустрий», с другой – формы повседневного сопротивления, присвоения и переизобретения этих режимов самими практиками и местными жителями (Bourdieu 1984; de Certeau 1984). Особое внимание предполагается уделить тому, как конструируется фигура туриста и какие типы телесного и аффективного опыта считаются желательными, легитимными или, напротив, подлежащими «коррекции» через кураторские и управленческие решения.
Кроме того, можно говорить о промыслах, музеях и туризме как о поле методологических экспериментов, где пересекаются визуальная антропология, исследование звука и материальности, а также различные формы «письма о ремесле» – от классического этнографического описания до художественных и мультимедийных форм. Важной задачей становится обсуждение того, как включение новых технологий (цифровые платформы, социальные сети, AR/VR в музеях, онлайн-экскурсии) меняет режимы видимости ремесел и наследия, создавая новые асимметрии доступа и новые формы участия.
Секция приглашает к диалогу исследователей, работающих в разных региональных контекстах: от российских промышленных и постпромышленных городов до сельских территорий, арктических и постколониальных пространств, – чтобы сопоставить разнообразные конфигурации «музей–промысел–туризм» и обсудить, каким образом через них сегодня пересобираются контуры антропологии.
Радченко Дарья Александровна
канд. культурологии, старший научный сотрудник Лаборатории теоретической фольклористики
Школа актуальных гуманитарных исследований в составе Института общественных наук Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ
Петров Никита Викторович
канд. филол. наук, руководитель Лаборатории теоретической фольклористики
Школа актуальных гуманитарных исследований в составе Института общественных наук Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ
В рамках секции мы предлагаем обсудить, как исследования ремесла и народных художественных промыслов (в том числе не вписывающиеся в классическую категорию «НХП» креативные индустрии), превращающихся в туристический и экономический ресурс региона, трансформируют теоретические представления о ключевых антропологических понятиях – локальности, наследии и подлинности. В фокусе оказываются не только материальные объекты и практики, но и то, что мы называем «инфраструктурами показа»: музеи и выставочные пространства, туристические маршруты, ярмарки, фестивали и «креативные кластеры», а также режимы знания, с помощью которых они описываются и легитимируются (Kirshenblatt-Gimblett 1998; Harvey 2001). Именно на стыке этнографии ремесленной повседневности, исследований туризма и музейной антропологии можно увидеть, как пересобирается дисциплинарный язык описания «традиции» и «места» (MacCannell 1976; Comaroff, Comaroff 2009).
Ремесло и промыслы мы предлагаем рассматривать как гибриды труда, искусства и экономической деятельности, одновременно укорененные в локальных историях и встроенные в глобальные цепочки вещей, образов и брендов (Appadurai 1986; Ingold 2013). Туризм, ориентированный на атмосферу аутентичности и «уникальный локальный опыт», стимулирует разработку специальных форм показа или демонстрации ремесла: демонстрационных мастерских, интерактивных музеев, «живых экспозиций», в которых границы между производством и показом, работой и перформансом становятся проницаемыми (Urry, Larsen 2011). Музеи, со своей стороны, активно ищут в промыслах то, что может быть музеефицировано: устойчивые формы, знаки «локального стиля», нарративы происхождения и утраты, соответствующие режимам наследия и требованиям грантовых и туристических программ (Smith 2006). В этом смысле мы хотим антропологически осмыслить и историю музеефикации промыслов, которую можно рассматривать как форму проектирования будущего территории и ее включения в конкурентный рынок впечатлений.
Мы приглашаем исследователей разных дисциплин обсудить, как в этих практиках распределяются агентности между исследователями, экспертами, мастерами, чиновниками, предпринимателями и туристами и каким образом выстраиваются иерархии знания и вкуса. Нас интересуют, с одной стороны, стратегии институционализации ремесел через статусы «объектов нематериального культурного наследия», «брендов территорий» и «локальных креативных индустрий», с другой – формы повседневного сопротивления, присвоения и переизобретения этих режимов самими практиками и местными жителями (Bourdieu 1984; de Certeau 1984). Особое внимание предполагается уделить тому, как конструируется фигура туриста и какие типы телесного и аффективного опыта считаются желательными, легитимными или, напротив, подлежащими «коррекции» через кураторские и управленческие решения.
Кроме того, можно говорить о промыслах, музеях и туризме как о поле методологических экспериментов, где пересекаются визуальная антропология, исследование звука и материальности, а также различные формы «письма о ремесле» – от классического этнографического описания до художественных и мультимедийных форм. Важной задачей становится обсуждение того, как включение новых технологий (цифровые платформы, социальные сети, AR/VR в музеях, онлайн-экскурсии) меняет режимы видимости ремесел и наследия, создавая новые асимметрии доступа и новые формы участия.
Секция приглашает к диалогу исследователей, работающих в разных региональных контекстах: от российских промышленных и постпромышленных городов до сельских территорий, арктических и постколониальных пространств, – чтобы сопоставить разнообразные конфигурации «музей–промысел–туризм» и обсудить, каким образом через них сегодня пересобираются контуры антропологии.